Украинская промышленность подготовила к выпуску новую модель...
Украинская промышленность подготовила к выпуску новую модель телевизора "Запорожец". Экран у новой модели расположен сзади.
Возможно Вам зайдёт:
Украинская таможня. Группа москалей, пересекающих границу. Два гарных таможенника при исполнении… Один, держа в руках паспорт и толкая локтем другого, говорит:
— Дывысь, Голожопенко, яка смишна фамилия — ЗАЙЦЕВ!
Тихая украинская деревня. Выходит Параска и с диким ужасом обнаруживает у себя в огороде курей соседки Одарки.
Крик подымается:
— Одарка, да твои куры, гады, чего в моем огороде!
— То мои куры гады? Да ты сама гадина!
— Я гадина, да ты дрянь, и дети твои байстрюки!
— Мои байстрюки? Да твои уголовники, и по три срока, и муж пьяница!
— Мой пьяница? А твой импотент, и ты гулящая, и со всем селом!…
— Я со всем селом? А ты с районом, где угодно, и с кем попало!
— Я с кем попало? А ты минет делать не умеешь!
Одарка, снизив голос почти до шепота и с ноткой горечи:
— Ну насчет минета, ты, Параско, уже со зла, так нельзя…
Горилка — это не украинская водка, а маленькая человекообразная обезьянка.
Тиха украинская ночь… но сало надо перепрятать!
Украинская деревня, вечер. Хохол кричит своему соседу через плетень:
— Микола выходи горилку пить!
— Не могу.
— Как так, выходи горилку пить!
— Занят я!
— Да, чем же ты таким занят?
— Да, *бусь я, будь оно не ладно!
Готовь сало летом.
Украинская мудрость
Новая украинская собачья порода: чихуачинехуа.
Украинская деревня, где все живут очень бедно. И вот один хохол решил перебраться в город. Проходит 5 лет и он приезжает в деревню на своем Мерседесе. Едет, наезжает на какие-то грабли и пробивает колесо. Лезет в багажник за запаской, и тут к нему подходит старый сосед:
— Че делаешь?
— Не видишь что ли? Колесо снимаю.
— Це добре, — говорит сосед, разбивая лобовое стекло — а я пока магнитолку тырну.
Украинская группа на экскурсии в Эрмитаже. Вдруг в Гербовом зале хохол, колоритный такой Тарас Бульба, просыпается, рот расползается в счастливую улыбку, смотрит на огромную мраморную чашу в центре зала, блаженно:
— От, эту бы чашку, да усю пэльмэний!