Жили были старик со старухой. И был у них золотой мопед. Дед бил, бил не р...

Пришел как-то Иванушка-дурачок во французский ресторан и заказал себе лягушку. Принесли ему лягушку, а Иванушка ее уронил. Ударилась лягушка об пол и обернулась красавицей. Сколько ни бил ее Иванушка об пол — не стала она опять лягушкой. Пришлось так есть.

Жили были дед и баба, и была у них курочка Ряба. Снесла она как-то яйцо, не простое, а золотое. Дед бил-бил яйцо, не разбил. Баба била-била яйцо, не разбила. Мышка бежала, хвостиком махнула, яичко упало и разбилось. Дед плачет, баба плачет, а курочка кудахчет:
— Не плачь, дед, не плачь, баба, я вам новое яичко снесу, не золотое, а простое.
А дед:
— Ой, блин, говорящая курица!

Пошёл Иван-царевич в ресторан французский. Принесли ему лягушку. Ударилась она об пол и стала красной девицей. Бил-бил Иван девицу об пол — не превращается обратно в лягушку… Пришлось есть так…

Мой папа, сибирский охотник, всегда бил белку в глаз. Поэтому в нашем лесу все белки ходили с синяками.

Едут два ковбоя по пустыни. Вдруг один другому говорит:
— Джо сдается мне что у твоей лошади в заду алмаз!
Джо слезает и начинает активно там ковыряться.
Проходит полчаса, Джо говорит:
— Бил здесь нет алмаза!
А тот ему отвечает:
— Вот и я думаю с чего бы ему там взяться!

Штирлица бил озноб. Это был лучший сотрудник гестапо.

Штирлиц бил наотмашь. Отмаш отбивался, как мог. Мог был здоровый мужик.

Дед бил, бил — не разбил. Баба била, била — не разбила. Смотрите в кинотеатрах супербоевик "Яйцо наносит ответный удар".

Штирлиц потерял рацию, и его бил озноб. Озноб был радистом, и без рации ему было тяжело.

Недалекий человек бил своего осла и приговаривал:
— О проклятое животное, если ты не хочешь, чтобы на тебе ездили, то зачем ты родился ослом!