— Если бы ты знал, какая у неё была аллергия на пух!!!

Раввин по окончании молитвы в синагоге обращается к евреям:
— Люди! Я понял, почему нас русские не любят! Мы не умеем пить водку. Вот завтра пусть каждый принесет по бутылке водки, все выльем в общий котел — и будем учиться пить.
Абрам приходит домой, говорит Саре:
— Завтра надо принести бутылку…
Сара ему отвечает:
— А ты, Абрам, возьми бутылку воды. Полный котел водки — кто же там заметит?
Так и сделал. На следующий день подходят евреи по очереди к котлу, каждый выливает водку. Раввин берет поварешку, размешивает, зачерпывает, пробует… Грустным взглядом обводит синаногу и говорит:
— Да… Вот за это нас русские и не любят…

В туристическое агентство заходит детина с массивной золотой цепью на бычьей шее. Его спрашивают:
— Желаете приобрести путевку?
— Ну, в натуре. Мне на Канары надо, блин.
— Вам повезло, у нас самые дешевые путевки в городе.
— Нет, это не годится. Мне для шефа. Шефу надо все самое дорогое.
— Вы знаете, вы все равно пришли по адресу. Можем предоставить президентские апартаменты в пятизвездочном отеле.
— Нет, шефу это не подойдет.
— Простите, это почему?
— Шеф не любит общества. Ему надо отдельную виллу.
— Но это будет стоить совершенно особых денег.
— Деньги — не ваша проблема.
— В принципе, это возможно. А какие еще будут пожелания?
— Надо, чтобы на три километра вокруг не было ни единой живой души.
— Это, конечно, возможно, но будет стоить очень больших денег.
— Деньги для нас вопрос второстепенный, главное, чтобы шеф был доволен.
— Ну что же, тогда можем предложить вам отдельную двухэтажную виллу, всего в двухстах метрах от берега.
— Это не годится. Шеф любит, когда пять метров, не больше.
— Но, пардон! Это совершенно невозможно. В Европе существуют санитарные нормы… На таком расстоянии от берега вилл просто нет.
— Ну перенесите виллу, что ли. Это ваши проблемы. Мы платим.
Длительное время сотрудники туристического агенства созваниваются, отправляют и принимают факсы.
— Ну что ж, мы выполним ваш заказ. Давайте еще раз уточним детали.
— Давайте.
— Двухэтажная отдельная вилла.
— Так.
— В радиусе трех километров ни одной живой души.
— Да.
— Пять метров от берега моря. Само собой, всякие прочие аксессуары — вид на пик Тенерифе, чайки…
— Стоп. Чайки? ! Шеф не любит, когда птицы шумят.
— Но это же природа, так сказать, неотъемлемый атрибут отдыха на море.
— Атрибут, говорите? Ладно, пусть будут. Только надо, чтобы они молчали и облетали виллу у берега справа налево, а с другой стороны летали слева направо в трех километрах от виллы.
— Но… это же невозможно! Это же дикая природа!
— Дикая, не дикая. Мы или платим, или не берем.
Проходит две недели. На балюстраду отдельно стоящей виллы на Канарских островах выходит новый русский в парчовом халате и с массивным золотым крестом на волосатой груди. Потягивается со сна, чешет грудь и смотрит: на песок накатываются барашки редких волн, восходящее солнце позолотило верхушку пика Тенерифе, справа налево гуськом летят чайки с завязанными клювами.
— Эх, красотища-то какая… Природа… Благодать! А я дурак, все деньги, деньги! Нет, недаром люди говорят — не в деньгах счастье!

Учительница географии малокомплектной сельской школы надела для удобства свои трусы на глобус и штопает их. Увидев неожиданно вошедшего в класс директора, она поспешно прячет глобус под стол. Началась проверка знаний.
— Вовочка, — просит директор, — возьми указку и покажи нам откуда ты родом.
— Хорошо, — отвечает ученик, — но пусть Марья Ивановна сначала трусы снимет.

Сидит как-то Абрам дома утром с бодуна, башка болит, денег нет. У Сары просить бесполезно…
— Сара, а ты читала вчера в газете о новой мастерской?
— Какой мастерской, Абрам?
— А тут открыли новую мастерскую, переделывают члены на любой вкус. Всего 5 рублей стоит.
— Да что ты говоришь! На вот 5 рублей Абрам, иди и сделай себе подлиннее.
Абрам довольный, оделся, выходит, в дверях его останавливает Сара и дает еще 5 рублей:
— И попроси, чтоб еще потолще сделали.
Абрам вышел, прошел 15 метров, Сара кричит с балкона:
— Абрам, Абрам, стой! Вот тебе еще 5 рублей, пусть сделают, чтоб еще изогнутый был.
Ну, приходит вечером Абрам домой, бухой. Не успел порог переступить, а Сара уже на него:
— Ну что?!
— Ох Сара, такого красавца сделали: дли-и-инный, то-о-олстый… Начали гнуть — сломался!

Учительница на уроке литературы вызывает Вовочку к доске.
— Вовочка, ты Пушкина знаешь?
— Нет.
— А Лермонтова знаешь?
— Нет.
— А Некрасова знаешь?
— Нет.
— Тогда садись, двойка, и пусть родители завтра зайдут в школу.
После уроков Вовочка останавливает учительницу и говорит:
— Ты Федьку Долговязова знаешь?
— Нет.
— А Тольку — Вырви Глаз?
— Нет.
— А Кольку Окурка?
— Нет.
— Так зачем ты на уроке меня своей бандой пугала?

Хохол-солдат сидит и ест сало. К нему подходит сослуживец и спрашивает:
— Что, посылку из дома получил?
— Прислали, — отвечает хохол и спрашивает: — А ты что, сала хочешь?
— Ага.
— Ну напиши, пусть вышлют.

Пошел заяц на рыбалку и поймал золотую рыбку. В это время мимо проходил волк и отобрал рыбку у зайца. Стали они спорить, кому рыбка исполнит три желания.
— Не ссорьтесь, — сказала рыбка. — Я выполню по три желания вам обоим. Кому первому?
— Конечно мне, — сказал волк.
— Загадывай, — сказала рыбка.
— Первое мое желание: пусть у меня х*й будет до колен… Рыбка выполнила его желание.
— Второе: пусть все женщины в лесу захотят отдаться волку.
— Будет по-твоему, — сказала рыбка.
— Третье: пусть ко мне в постель через день приходит королева красоты среди волчиц, и позволяет сделать с собой все, что я пожелаю…
— Исполнится и это твое желание, — говорит рыбка. — А теперь, ты, заяц.
Заяц взял рыбку в руки.
— Во-первых, пусть у меня будет "мерседес".
Тотчас же рядом появился "мерседес".
— Во-вторых, пусть у меня будет миллион долларов в швейцарском банке и миллион рублей здесь.
На заднем сиденье "мерседеса" появились две сберкнижки. Заяц сел за руль и поехал.
— А третье желание?
— Спрашивает рыбка. Заяц молчит.
— А третье желание?
— Снова спрашивает рыбка.
Заяц отъехал на приличное расстояние, вышел из машины, подошел к реке и выпуская рыбку в реку произнес:
— А третье желание: чтоб у волка х*й не стоял.

Окружили белые Василия Ивановича с Петькой в лесу. Петька помоложе был да пошустрее, на дерево забрался, а Василий Иванович не смог, за дерево спрятался. Поймали его белые, бить стали. Били, били, устали, сели отдохнуть, самогона выпить. Жалко Петьке Чапаева, слез с дерева.
— Василий Иванович, лезь на дерево, а я на твое место лягу, пусть меня бьют.
Подсадил того на дерево, сам лег на его место. Вскоре подошли белые.
— Ну что, говорит старший, — хватит этого бить, давайте того, который на дереве сидит.

Встреча депутата с избирателями. Депутат:
— Пусть первым кинет в меня камень тот, кто… да подождите, я не договорил!

Приходит охотник домой с охоты.
— Что это от тебя такой запах?
— Та понимаешь, пошел на медведя, а Тузика оставил дома. Пусть, думаю, дома побегает. Смотрю — берлога. Взял дрын, давай там шарудить. Когда слышу, кто-то мне сзади лапы на плечи положил. Поворачиваюсь. Ну вижу, что Тузик, а перестать какать не могу!