— Стыдно мне, — говорит Рабинович жене, — так стыдно.
— Стыдно мне, — говорит Рабинович жене, — так стыдно.
— Что случилось? — спрашивает она.
— Абрам уже третий раз приглашает меня на похороны его жены, а я его еще ни разу не приглашал.
Возможно Вам зайдёт:
Приезжает сын на дачу к отцу. Пожил пару дней, потом говорит:
— Папа, снеси ты свой сортир в саду к черту и сделай нормальный туалет в доме. Ну позор ведь, перед соседями стыдно.
— Ты мне не указывай. Никому мой сортир не мешает, стоит себе в глубине сада, над речкой, его и не видно.
— Папа, ну уродство же.
— Отстань.
Ну ладно же, думает сын. Поздно вечером, когда все спать легли, он тихонечко машину завел да и пихнул сортир так, что он в речку улетел.
Наутро приходит злой отец:
— Это ты мой сортир пихнул так, что он в речку улетел?
— Нет, не я.
— Послушай, сын. Признаться — это уже наполовину прощение получить. Вот твой друг Вася сломал у отца яблоню, а потом признался — отец его простил. Говори — ты сортир пихнул?
— Ну я.
Отец размахивается, и сына — по уху!
— Пап, ты чего? Сам рассказывал, как Ваську отец простил, когда тот яблоню сломал.
— Когда Васька яблоню сломал, его отец на ней не сидел!
Приходит поручик Ржевский в офицерское собрание и говорит:
— Господа! Какая же нынче невоспитанная молодежь пошла!
— Неужели, поручик? И чем же они вам так не понравились?
— Был я вчера в салоне Анны Павловны Шерер в приподнятом расположении духа. Так уж получилось — случайно наделал я в белый рояль, так этот невоспитанный нахал и выскочка корнет подходит и говорит: «Поручик, как вам не стыдно! Вы же пьяны!» А я ему: «Идите-ка вы, корнет, на х*й!» А настроение-то, господа, уже не то…
Сидят, два крокодила и свитера вяжут. Подползает к ним черепаха, ме-е-едленно так, и спрашивает:
— Мужики, вы не знаете, где тут заяц живет? У него день рождения сегодня, так я к нему.
Крокодил (не переставая вязать):
— Ну, смотри, черепаха, видишь озеро? Ты его слева обойди, потом на запад два километра, потом через лесок. Потом еще минут двадцать — и ты там.
Черепаха благодарит и ме-е-едленно уползает.
Второй крокодил (укоризненно):
— Слушай, ну как тебе не стыдно? Зачем черепаху обманул? Она же так медленно ползает, а ты ее послал черт-те куда!
Первый:
— А хрена ты мне вчера свитер распустил?!
Однажды Чукча пришел к шаману и спрашивает, какая будет зима — теплая или холодная? Шаман подумал: "Если я скажу теплая, то он может не заготовить дров, а вдруг зима будет холодная? Скажу лучше, что холодная." И сказал. Потом ему стало стыдно и он пошел к метеорологам. Спрашивает:
— Какая будет зима?
— Холодная.
— А почему?
— А вон Чукча за дровами пошел.
Два еврея едят карпа. Один кладет себе больший кусок, а приятелю поменьше. Тот говорит:
— Как тебе не стыдно! На твоем месте я положил бы тебе кусок побольше, а себе поменьше.
— Попробуй, пойми тебя после этого! Вот же он, твой меньший кусок!
Начало учебного года в американской школе. Классная руководительница знакомит класс:
— Дети, у нас новенький — Шакиро Сузуки из Японии, знакомьтесь. А сейчас начинаем урок и посмотрим, как хорошо вы знаете американскую историю.
Кто сказал "Свобода или смерть"?
В классе мертвая тишина. Сузуки вскидывает руку:
— Патрик Генри, 1775 год, Филадельфия.
— Очень хорошо. А чьи слова: "Государство — это народ, и как таковое никогда не должно умереть"?
Опять рука Сузуки:
— Абрахам Линкольн, 1863 год, Вашингтон.
Учительница строго смотрит на класс:
— Стыдно, дети! Сузуки — японец, а знает американскую историю лучше всех!
В этот момент тихий голос с задней парты:
— За*бали сраные япошки!
Учительница резко оборачивается:
— Кто сказал?
Сузуки вскакивает и оттарабанивает:
— Генерал МакАртур, остров Гвадалканал, 1942 год.
При полном онемении класса, возглас:
— Да соси ты!
Училка идет пятнами:
— Ктоооо?
Сузуки мгновенно вскакивает:
— Билл Клинтон Монике Левински в Овальном кабинете, Вашингтон, 1997 год.
Возмущенный вопль:
— Сузуки — говно!
И ни секунды задержки:
— Валентино Росси на мотогонках Гран При-Бразилия в Рио де Жанейро, 2002 год! — выпаливает японец!
Класс в истерике, училка в обмороке, распахивается дверь и появляется разъяренный директор школы:
— *б вашу мать! Что здесь за бардак?
Не успевший сесть Сузуки:
— Президент Ельцин, заседание парламента России, 1993 год!
Сидят в камере трое. Браконьеры. Скучно. Начали расспрашивать друг друга: кто, сколько и за что получил.
Первый:
— Три года.
— За что?
— Да, кабана подстрелил.
Второй:
— Пять лет.
— За что?
— Лося стрельнул.
Третий:
— Двенадцать лет!
— Да ну! За что!
— Мужики, сказать стыдно… За орла!
— Врешь! Не может быть! Как было? Расскажи!
— Да вот приняли мы с братом по поллитра, вышли во двор покурить. Смотрю на столбе орел сидит. Вынес я свое ружьишко. Ба-бах! Когти в одну сторону, пассатижи в другую!
Идет пьяный вдоль забора, держась за него. Видит — свинья в луже лежит.
— Ну ты, свинья! Как тебе не стыдно! Вся грязная, вонючая, в луже валяешься!..
— Посмотрю я на тебя, когда забор кончится!
Мужик, пьяный в жопу, идет шатаясь мимо монастыря. Монашки, увидев его из окон, орут:
— Алкаш!
Мужик:
— Чего вы там вякаете? Я ваще завтра приду сюда и всех вас перетр*хаю!
Когда мужик проснулся на следующий день, ему стало стыдно за свой поступок. А еще через день он решил попросить у монашек прощения. Он вновь подходит к монастырю, видит те же лица монашек и говорит:
— Сестры, вы уж меня простите, виноват…
— Иди отсюда, трепло!