Объявление: если вам скучно и вы одиноки, симпати...

Умирает дед Байден. Через год ему становится скучно, и просит бога отпустить его на землю посмотреть, как его страна поживает. Бог соглашается и отпускает.
Заходит Байден в Нью-йорке в бар, заказывает пиво и спрашивает бармена, как страна поживает, как развивается, какие проблемы решает. Бармен удивлённо:
- Какие проблемы могут быть? Мы же Империя, всё наше.
Дедушка Байден:
- Как наше? А Ирак, Афганистан?
Бармен:
- Это уже всё наше!
Байден: - А Европа, Африка?
Бармен достаёт из под прилавка глобус и гордо крутит его:
- Я же говорю - мы ИМПЕРИЯ, весь мир принадлежит нам!
Байден радостный, гордый и довольный допивает пиво и говорит:
- Ну спасибо друг! Сколько с меня?
Бармен:
- Пятьсот рублей...

Хохол и француз попали на два соседних острова. Скучно французу, ходит по берегу, зовет хохла:
— Хохол, плыви сюда, коньяк есть!
Молчит хохол.
— Хохол, плыви сюда, женщина есть!
Молчит хохол.
— Хохол, плыви сюда, твое любимое блюдо есть! — кричит француз.
Хохол бросился в море и быстро поплыл к французу, приговаривая после каждого взмаха рук:
— Сало! Сало!

В школе учительница дает задание детям:
— Дети, давайте пофантазируем, что получится, если скрестить двух животных разных видов.
Тянет Машенька руку, учительница ее вызывает и она отвечает:
— Если скрестить корову и свинью, то получится сытное молоко и вкусное мясо.
Учительница хвалит ее и вызывает Катеньку. Та отвечает:
— Если скрестить кролика с курицей, то получится мех и яйца.
Тут руку тянет Вовочка. Учительница его не хотела спрашивать, но больше никто руку не тянет, пришлось спросить.
А Вовочка отвечает:
— Если скрестить лобковых вшей со светлячками…
— ЧТО? — Поперхнулась учительница. — Что ты такое говоришь?
— Ну, представьте. Вы приходите домой, вам скучно, одиноко. Одна ложитесь в постель. Вас никто не согревает, поговорить не с кем, вам грустно. И тут, вы поднимаете одеяло, а там Лас-Вегас!

В самолете летит компания: заяц, ворона, лиса, медведь, слон. Скучища. Заяц смотрит, ворона что-то деловито клювом ковыряет. Спрашивает.
— Ворона, ты что делаешь?
— Выпендриваюсь.
— Слушай, а можно и мне повыпендриваться, а то скучно?
— Пожалуйста. Вот бери, откручивай эти гайки.
Лиса приметила, что народ чем-то занят.
— Ребята, вы что делаете?
— Выпендриваемся.
— А можно и мне к вам присоединится?
— Пожалуйста. Бери, эти штуковины выламывай.
Мишка подошел.
— Народ вы чем так увлеченно заняты?
— Выпендриваемся.
— И я хочу, совсем уже от скуки извелся.
— Пожалуйста, бери, гни эти переборки.
Совсем народ повеселел. Тут и слоник подошел, привлеченный шумом. И ему дело нашли — подпрыгивай, говорят. Всем весело! В конце концов от такого веселья самолет разваливается на куски, все вываливаются, падают и орут вороне.
— Что же ты дура наделала!
А ворона крылья расправила и, пролетающим мимо отвечает.
— А что же вы, баранье, беретесь выпендриваться, если летать не умеете.

В поезде. Купе. Едет семейка — папаша, мамаша, сынок. На верхней полке мирно дремлет грузин.
Папаша:
— Сынок выйди, я твою маму сфотографирую.
Сынок вышел. Папа задрал маме ноги. Раз-раз, презерватив завязал и на верхнюю полку.
Едут дальше, скучно. Папаша:
— Сынок выйди, я ещё раз маму сфотографирую.
Сынок вышел. Папа снова задрал маме ноги. Раз-раз, презерватив завязал и на верхнюю полку.
Голос с верхней полки:
— Слущяй, дарагой, еще раз будещь кидать на мою полку использованую плёнку, я тебе всю семью перефатаграфирую.

Сидят в камере трое. Браконьеры. Скучно. Начали расспрашивать друг друга: кто, сколько и за что получил.
Первый:
— Три года.
— За что?
— Да, кабана подстрелил.
Второй:
— Пять лет.
— За что?
— Лося стрельнул.
Третий:
— Двенадцать лет!
— Да ну! За что!
— Мужики, сказать стыдно… За орла!
— Врешь! Не может быть! Как было? Расскажи!
— Да вот приняли мы с братом по поллитра, вышли во двор покурить. Смотрю на столбе орел сидит. Вынес я свое ружьишко. Ба-бах! Когти в одну сторону, пассатижи в другую!

А какая Америка?
— Америка — она как… офисный стул! Удобно, функционально, везде ручечки, можно под себя настроить. Но скучно.
— А какая Англия?
— Англия — она как старое кожаное кресло. Неповоротливое, тяжелое, где-то протертое, где-то дырявое. Но уютное! И неповторимый запах…
— А Россия?
— Россия? Хм. Садовая скамейка. Жестко. Занозы. Дует… Но на ней вырезаны наши имена.

Чукча и два жулика долго едут с севера в купе. Скучно. Жулики посовещались и говорят:
— Чукча, а чукча, давай в нарды на деньги играть?
— Не-ет, знаю я вас, вы меня в свои игры обжулите!
— Ну давай играть в какую-нибудь вашу чукотскую игру.
— Ладно. Играем в чомбу.
Поставили на кон. Сдали. Только жулики взяли карты, чукча кричит:
— Чомба! — и сгребает себе деньги.
Жулики спрашивают:
— А в чем смысл-то?
— А кто первый скажет — тот и выиграл!
Сдали второй раз — жулики карты похватали и орут:
— Чомба!
Чукча спокойно берет свои карты, смотрит, сгребает деньги и говорит:
— Козырная чомба!

Поезд. Купе на три спальных места. На верхнем русский, посредине армянин, внизу грузин. Стало грузину скучно. Призадумался, чем бы поразвлечься, поднатужился, да как пернет! Двое бедолаг свесились с полок и в один голос вопрошают:
— Эй, генацвале! Ты что творишь?!
— Один-ноль в пользу "Динамо" Тбилиси!
Тут армянин напрягся и выдал дважды, да так, что свет померк.
— Ай-яй, ара, вай, как нехорошо!
— Два-один в пользу "Арарат" Ереван!
Русский, не долго думая, достал свой конец и давай поливать нижних. Те вопят:
— Ты, что, кацо, зачем так нехорошо делаешь?!
— Несмотря на проливной дождь, матч продолжается!

Умирает Обама. Через год ему становится скучно, и просит Бога отпустить его на землю проведать, как его страна поживает. Бог отпускает. Заходит Обама в Нью-йорке в бар, заказывает пиво и спрашивает бармена, как страна поживает, как развивается, какие проблемы решает.
Бармен удивленно:
— Какие проблемы могут быть? Мы же Империя, все наше.
Обама:
— Как наше? А Ирак, Афганистан?
Бармен:
— Это уже все наше!
Обама:
— А Европа, Африка?
Бармен достает из под прилавка глобус и гордо крутит его:
— Я же говорю — мы империя, весь мир принадлежит нам!
Обама радостный, гордый и довольный допивает пиво и говорит:
— Ну спасибо друг! Сколько с меня?
Бармен:
— Один рубль и двадцать копеек…