Анекдоты про Рабиновича
Звонок в КГБ:
— Алло, это КГБ?
— Да, это КГБ, кто говорит?
— Скажите, сколько время?
— Час ночи.
Через час опять звонок:
— Алло, это КГБ?
— Да, это КГБ, кто говорит?
— Скажите, сколько-таки времени?
— Рабинович, ну вас к черту, приходите и забирайте свой конфискованный будильник!
— Алло, это КГБ?
— Да, это КГБ, кто говорит?
— Скажите, сколько время?
— Час ночи.
Через час опять звонок:
— Алло, это КГБ?
— Да, это КГБ, кто говорит?
— Скажите, сколько-таки времени?
— Рабинович, ну вас к черту, приходите и забирайте свой конфискованный будильник!
— Рядовой Рабинович, какие Вы будете предпринимать шаги, если окажетесь один на один с противником?
— Большие!
— Большие!
Рабинович приходит в публичный дом, в Одессе, в плохом настроении. Ему под горячую руку попадается бандерша Рая.
Рабинович:
— Рая, почему у вас в заведении повсюду грязь, а простыни меняют раз в неделю?!
— Моня, ты сегодня пришел еб*ться, или вы*бываться?
Рабинович:
— Рая, почему у вас в заведении повсюду грязь, а простыни меняют раз в неделю?!
— Моня, ты сегодня пришел еб*ться, или вы*бываться?
— Тебе, Яша, по жизни во всем везет, я уже просто обзавидовался.
— Да будет вам, Рабинович! Вот, хотя бы в прошлую пятницу — не повезло. Поехал на автобусном экспрессе в Одессу на выходные, так экспресс вместо двух часов тащился целых пять.
— И ты, Яша, говоришь о невезении! ? Ты же заплатил за два часа, и целых три ехал на халяву!
— Да будет вам, Рабинович! Вот, хотя бы в прошлую пятницу — не повезло. Поехал на автобусном экспрессе в Одессу на выходные, так экспресс вместо двух часов тащился целых пять.
— И ты, Яша, говоришь о невезении! ? Ты же заплатил за два часа, и целых три ехал на халяву!
Из интервью:
— Скажите, почему Вы антисемит?
— Один еврей, несколько лет назад, своим маршем испортил мне жизнь…
— Да! ? И как же его звали? Неужели Рабинович?
— Нет, — Мендельсон!
— Скажите, почему Вы антисемит?
— Один еврей, несколько лет назад, своим маршем испортил мне жизнь…
— Да! ? И как же его звали? Неужели Рабинович?
— Нет, — Мендельсон!
В ожидании гостей Рабинович предупреждает жену:
— Праздничный сервиз можешь поставить на стол, а серебряные ложечки не подавай.
— Яша, неужели ты думаешь, что гости могут их украсть?
— Нет, Сара, я таки думаю, что их могут узнать.
— Праздничный сервиз можешь поставить на стол, а серебряные ложечки не подавай.
— Яша, неужели ты думаешь, что гости могут их украсть?
— Нет, Сара, я таки думаю, что их могут узнать.
Рабинович в Кнессете снял пиджак. Окружающие ему объясняют, мол, неприлично, в парламенте без пиджака. А Рабинович отвечает:
— А мне английская королева разрешила!
— То есть как это?
— Был я как-то в Англии на приеме у английской королевы, снял там пиджак, а королева мне говорит: "Господин Рабинович, это вы там у себя в Кнессете пиджак будете снимать!"
— А мне английская королева разрешила!
— То есть как это?
— Был я как-то в Англии на приеме у английской королевы, снял там пиджак, а королева мне говорит: "Господин Рабинович, это вы там у себя в Кнессете пиджак будете снимать!"
— Мойша, почем у тебя гробы?
— По пятнадцать.
— Ха, у Рабиновича по двадцать, так там хоть есть где развернуться!
— По пятнадцать.
— Ха, у Рабиновича по двадцать, так там хоть есть где развернуться!
Рабиновича вызвали в ОБХСС.
— Где вы взяли деньги на "Волгу"?
— У меня был "Москвич". Я его продал, приодолжил и купил "Волгу".
— А где вы взяли деньги на "Москвич"?
— Был у меня "ИЖ", я его продал, приодолжил и купил "Москвич".
— А где вы взяли деньги на "ИЖ"?
— У меня был велосипед. Я его продал, приодолжил и купил "ИЖ".
— А где вы взяли деньги на велосипед?
— А за это я уже сидел.
— Где вы взяли деньги на "Волгу"?
— У меня был "Москвич". Я его продал, приодолжил и купил "Волгу".
— А где вы взяли деньги на "Москвич"?
— Был у меня "ИЖ", я его продал, приодолжил и купил "Москвич".
— А где вы взяли деньги на "ИЖ"?
— У меня был велосипед. Я его продал, приодолжил и купил "ИЖ".
— А где вы взяли деньги на велосипед?
— А за это я уже сидел.
— Стыдно мне, как стыдно! — говорит Рабинович жене.
— Что случилось? — спрашивает она.
— Да вот Абрам в третий раз приглашает меня на похороны своей жены, а я его — ни разу.
— Что случилось? — спрашивает она.
— Да вот Абрам в третий раз приглашает меня на похороны своей жены, а я его — ни разу.
— Рабинович, вы такой меркантильный, у меня нет слов!
— Могу пополнить ваш словарный запас за отдельную плату.
— Могу пополнить ваш словарный запас за отдельную плату.
В суде:
— Гражданка Рабинович, мы рассматриваем ваш иск к гражданину Зильберману. Когда был этот случай изнасилования?
— Он был все лето…
— Гражданка Рабинович, мы рассматриваем ваш иск к гражданину Зильберману. Когда был этот случай изнасилования?
— Он был все лето…
Рабинович впервые приезжает в Одессу и хочет вечером пойти в оперу.
— Двести гривен, — говорит девица в кассе.
Рабинович отшатывается.
— Ну да, — продолжает девица, — если вы хотите попасть на нашу приму, то это стоит именно двести гривен.
— Не городите чепуху, покраснев, говорит Рабинович. Я же хочу ее только послушать.
— Двести гривен, — говорит девица в кассе.
Рабинович отшатывается.
— Ну да, — продолжает девица, — если вы хотите попасть на нашу приму, то это стоит именно двести гривен.
— Не городите чепуху, покраснев, говорит Рабинович. Я же хочу ее только послушать.
Звонок. Хозяин открывает дверь.
— Здесь живет Рабинович?
— Нет, он не живет здесь!
Снова звонок.
— Вы — Рабинович?
— Да, я.
— Почему же вы говорите, что не живете здесь?
— А разве это жизнь?
— Здесь живет Рабинович?
— Нет, он не живет здесь!
Снова звонок.
— Вы — Рабинович?
— Да, я.
— Почему же вы говорите, что не живете здесь?
— А разве это жизнь?
Рабинович спрашивает у своего адвоката:
— Семен Маркович, что вы скажете, если я перед самым началом процесса пошлю судье домой большого жирного гуся и приложу свою визитную карточку?
— Яша, вы с ума сошли! Это же попытка подкупа, вы тут же проиграете процесс!
Процесс завершился. Рабинович выиграл дело. Сияя, он подходит к адвокату и сообщает:
— Семен Маркович, на этот раз я не последовал вашему совету и все-таки послал судье гуся.
— Не может этого быть!
— Может. Только я приложил к нему визитную карточку моего противника.
— Семен Маркович, что вы скажете, если я перед самым началом процесса пошлю судье домой большого жирного гуся и приложу свою визитную карточку?
— Яша, вы с ума сошли! Это же попытка подкупа, вы тут же проиграете процесс!
Процесс завершился. Рабинович выиграл дело. Сияя, он подходит к адвокату и сообщает:
— Семен Маркович, на этот раз я не последовал вашему совету и все-таки послал судье гуся.
— Не может этого быть!
— Может. Только я приложил к нему визитную карточку моего противника.
В КГБ Рабиновича отговаривают ехать в Израиль:
— Думаете, вам там будет хорошо? Знаете, как говорится, хорошо там, где нас нет!
— Вот-вот, я и еду туда, где вас нет!
— Думаете, вам там будет хорошо? Знаете, как говорится, хорошо там, где нас нет!
— Вот-вот, я и еду туда, где вас нет!
— Стыдно мне, — говорит Рабинович жене, — так стыдно.
— Что случилось? — спрашивает она.
— Абрам уже третий раз приглашает меня на похороны его жены, а я его еще ни разу не приглашал.
— Что случилось? — спрашивает она.
— Абрам уже третий раз приглашает меня на похороны его жены, а я его еще ни разу не приглашал.
— Мадам Рабинович, вы уже научили своего Абрашу говорить?
— Да, теперь мы учим его молчать.
— Да, теперь мы учим его молчать.
— Рабинович, у вас алиби есть?
— А шо это такое?
— Ну, видел ли вас кто-нибудь во время убийства?
— Слава Богу, нет.
— А шо это такое?
— Ну, видел ли вас кто-нибудь во время убийства?
— Слава Богу, нет.
— Скажите, Рабинович, вам нравятся женщины-идиотки?
— Нет, конечно!
— А такие безрукие, которые не могут даже яичницу сготовить?
— Да нет же! А почему вы об этом спрашиваете?
— Мне просто интересно: зачем вы пристаете к моей жене?
— Нет, конечно!
— А такие безрукие, которые не могут даже яичницу сготовить?
— Да нет же! А почему вы об этом спрашиваете?
— Мне просто интересно: зачем вы пристаете к моей жене?
Согрешил однажды Рабинович с чужой девушкой. Пришёл к раввину, чтобы тот отпустил ему его грехи.
Раввин:
— Отвечай, с кем ты совершил такой грех!
— Не могу, ребе!
— Я всё равно знаю с кем — с дочерью портного Лазаря, Идой, совратившей весь Израиль. Верно?
— Нет, ребе!
— Тогда, очевидно, с блудницей Ханой, супругой булочника Исаака?
— Нет, ребе!
— Ах нет? Может, тогда, с Бертой, овдовевшей соседкой Михаэля?
— Нет, ребе!
— Тогда вон из синагоги! Распутник! Не будет тебе прощения!
Рабинович идёт довольный, его встречает Гольдберг.
Гольдберг:
— Ну шо, Абрам, простил тебя ребе?
— Нет.
— Шо ж тогда довольный такой?
— Я столько адресков узнал.
Раввин:
— Отвечай, с кем ты совершил такой грех!
— Не могу, ребе!
— Я всё равно знаю с кем — с дочерью портного Лазаря, Идой, совратившей весь Израиль. Верно?
— Нет, ребе!
— Тогда, очевидно, с блудницей Ханой, супругой булочника Исаака?
— Нет, ребе!
— Ах нет? Может, тогда, с Бертой, овдовевшей соседкой Михаэля?
— Нет, ребе!
— Тогда вон из синагоги! Распутник! Не будет тебе прощения!
Рабинович идёт довольный, его встречает Гольдберг.
Гольдберг:
— Ну шо, Абрам, простил тебя ребе?
— Нет.
— Шо ж тогда довольный такой?
— Я столько адресков узнал.
— Алло, господин Рабинович?
— Да, а шо такое?
— Это вам из банка звонят, у вас отрицательный баланс, -500$!
— Да? Шо вы говорите? А неделю назад посмотрите сколько было?
— +500.
— А две недели назад?
— +1000.
— А три недели?
— +1500.
— И что, я вам хоть раз позвонил?
— Да, а шо такое?
— Это вам из банка звонят, у вас отрицательный баланс, -500$!
— Да? Шо вы говорите? А неделю назад посмотрите сколько было?
— +500.
— А две недели назад?
— +1000.
— А три недели?
— +1500.
— И что, я вам хоть раз позвонил?
Рабинович звонит в НКВД и спрашивает, не залетел ли к ним его попугай. На другом конце провода матерятся.
— Простите, — говорит Рабинович, — я только хотел вас предупредить, на случай если вы его поймаете, что я не разделяю его политических убеждений!
— Простите, — говорит Рабинович, — я только хотел вас предупредить, на случай если вы его поймаете, что я не разделяю его политических убеждений!
Сара Рабинович, выйдя из одесского ЗАГСа, сразу предупредила своего новоиспеченного мужа Яшу, что таки в будущем для его здоровья будет гораздо безопаснее изменить Родине, чем жене.
Идут два еврея по еврейскому кладбищу.
— Ты посмотри, кто лежит! Это-же Рабинович, помнишь, какой скрипач был! Как играл! Вот-бы рядом лечь, лежишь, музыку слушаешь, красота. А вот кто лежит! Лучший оратор в нашем городе. Мог на любую тему когда угодно и сколько угодно. Вот действительно, лечь бы тут, музыку послушал — с этим поговорил. А вот вот вот! Помнишь Сару, дочь Хаима? Вот я бы с ней лег!
— Так она же жива?!
— О-о!
— Ты посмотри, кто лежит! Это-же Рабинович, помнишь, какой скрипач был! Как играл! Вот-бы рядом лечь, лежишь, музыку слушаешь, красота. А вот кто лежит! Лучший оратор в нашем городе. Мог на любую тему когда угодно и сколько угодно. Вот действительно, лечь бы тут, музыку послушал — с этим поговорил. А вот вот вот! Помнишь Сару, дочь Хаима? Вот я бы с ней лег!
— Так она же жива?!
— О-о!
— Рабинович, почему евреи отвечают вопросом на вопрос?
Варианты:
— Кто это вам сказал?
— А почему бы и нет?
— А почему вы меня об этом спрашиваете?
— А вам это для чего?
— А вы в этом точно уверены?
— А почему это вас интересует?
Варианты:
— Кто это вам сказал?
— А почему бы и нет?
— А почему вы меня об этом спрашиваете?
— А вам это для чего?
— А вы в этом точно уверены?
— А почему это вас интересует?
— Рабинович, как ви считаете, что сильнее: знание или чувство?
— Чувство!
— Почему?
— Вот знаю, что я должен Додику пятихатку, но чувствую… не отдам.
— Чувство!
— Почему?
— Вот знаю, что я должен Додику пятихатку, но чувствую… не отдам.
— Рабинович, вашей жене сегодня 50, а вы подарили ей букет из 30 роз. Вам было жалко денег на 50?
— Что вы! Просто моя любимая Сарочка смотрится на 30.
— Что вы! Просто моя любимая Сарочка смотрится на 30.
Рабинович, Ваша жена нам изменяет!
Рабинович приходит в ОВИР и говорит:
— Мне надо в Израиль.
— Пожалуйста, езжайте. Вот документы.
Из Израиля он попросился назад. Его приняли в виде исключения. Рабинович снова приходит в ОВИР, просит отпустить его в Израиль.
— Почему вы все время ездите туда-сюда? Вам, что, делать нечего?
— Знаете, в СССР хорошо, в Израиле — лучше. Но мне нравится пересадка в Париже.
— Мне надо в Израиль.
— Пожалуйста, езжайте. Вот документы.
Из Израиля он попросился назад. Его приняли в виде исключения. Рабинович снова приходит в ОВИР, просит отпустить его в Израиль.
— Почему вы все время ездите туда-сюда? Вам, что, делать нечего?
— Знаете, в СССР хорошо, в Израиле — лучше. Но мне нравится пересадка в Париже.