Анекдоты про Чапаева
Загорают на берегу реки Петька и Василий Иваныч. Смотрят — на другом берегу загорают две бабы. Василий Иваныч говорит Петьке:
— Сплавай на тот берег, узнай, как там и что, может уломаешь, и сообщи мне.
Приплыл Петька, Василий Иваныч смотрит — Петька написал на большом листе: "Обедают". Василий Иваныч обломался и ушел домой. Через некоторое время входит Петька и орет:
— Ты чего не приплыл?
— Так ты же написал, что они обедают.
— Да не обедают, а обе дают!
— Сплавай на тот берег, узнай, как там и что, может уломаешь, и сообщи мне.
Приплыл Петька, Василий Иваныч смотрит — Петька написал на большом листе: "Обедают". Василий Иваныч обломался и ушел домой. Через некоторое время входит Петька и орет:
— Ты чего не приплыл?
— Так ты же написал, что они обедают.
— Да не обедают, а обе дают!
Чапаева с Петькой послали в командировку. По возвращении у них требуют отчет.
— Пили мы, — говорит Василий Иванович.
— Нет, так дело не пойдет, — говорят ему, — в отчете вы должны написать что-нибудь серьезное, например, чтение литературы.
Чапаев пишет: "Купили мы с Петькой книжку, прочитали, потом сдали обложку и купили другую, прочитали. Потом пошли в библиотеку, а из нее выходит Фурманов, весь такой начитанный…"
— Пили мы, — говорит Василий Иванович.
— Нет, так дело не пойдет, — говорят ему, — в отчете вы должны написать что-нибудь серьезное, например, чтение литературы.
Чапаев пишет: "Купили мы с Петькой книжку, прочитали, потом сдали обложку и купили другую, прочитали. Потом пошли в библиотеку, а из нее выходит Фурманов, весь такой начитанный…"
Петька с Чапаевым едут по местам боевой славы в штабном вагоне. Василий Иванович показывает за окно:
— Вон в том овраге, Петька, скакал я однажды на лошади в штаб к Котовскому, как вдруг из кустов выстрелили белые сволочи — и прямо лошади в лоб! Пришлось продолжать ногами.
Проехали еще маленько. Петька показывает за окно:
— А вон в том овраге, Василий Иванович, драл я однажды раком санитарку Нюрку, как вдруг из кустов выстрелили белые сволочи — и прямо ей в лоб! Пришлось продолжать руками…
— Вон в том овраге, Петька, скакал я однажды на лошади в штаб к Котовскому, как вдруг из кустов выстрелили белые сволочи — и прямо лошади в лоб! Пришлось продолжать ногами.
Проехали еще маленько. Петька показывает за окно:
— А вон в том овраге, Василий Иванович, драл я однажды раком санитарку Нюрку, как вдруг из кустов выстрелили белые сволочи — и прямо ей в лоб! Пришлось продолжать руками…
Кот Василий любил есть селедку под шубой, мясо под диваном, колбасу под столом, котлеты под покрывалом… В общем, был очень стеснителен в еде…
Идут как-то по пустыне Петька и Василий Иванович. Захотелось Чапаеву справить свои мужские потребности, а рядом только Петька. Ну, он и думает, как бы обмануть Петьку, чтоб он раком стал и придумал: "Скажу ему, что тут в
пустыне водятся мозгоклюи, это птицы такие, и чтобы спастись от них, надо сразу голову в песок". Рассказал он все это и через некоторое время увидел в небе какую-то ворону да как заорет:
— ПЕТЬКА!!! МОЗГОКЛЮЙ!!!
Петька с перепугу голову в песок сразу засунул, а Василий Иванович пристроился сзади и тащится. Вдруг слышит еле-еле голос из-под песка:
— Клюй, клюй, мозгоклюй, а до мозгов все равно не доклюешь…
пустыне водятся мозгоклюи, это птицы такие, и чтобы спастись от них, надо сразу голову в песок". Рассказал он все это и через некоторое время увидел в небе какую-то ворону да как заорет:
— ПЕТЬКА!!! МОЗГОКЛЮЙ!!!
Петька с перепугу голову в песок сразу засунул, а Василий Иванович пристроился сзади и тащится. Вдруг слышит еле-еле голос из-под песка:
— Клюй, клюй, мозгоклюй, а до мозгов все равно не доклюешь…
Василий Иванович и Петька на речке. Смотрят — плывет баржа с драгоценностями. Доплыли, набрали, сколько смогли, плывут обратно.
— Василий Иванович, не могу больше плыть!
— Брось мешок с золотом.
Бросил.
— Василий Иванович, тону!
— Отстегни мешочек с брюликами.
Отстегнул. Немного до берега осталось…
— Василий Иванович! Тону, нет сил совсем!
— Сними шлем золотой!
— Ага, может тебе еще и баржу от ноги отвязать!!!
— Василий Иванович, не могу больше плыть!
— Брось мешок с золотом.
Бросил.
— Василий Иванович, тону!
— Отстегни мешочек с брюликами.
Отстегнул. Немного до берега осталось…
— Василий Иванович! Тону, нет сил совсем!
— Сними шлем золотой!
— Ага, может тебе еще и баржу от ноги отвязать!!!
Проходят Петька с Василием Ивановичем мимо пруда Летнего сада, и видят: лебеди плавают. Петька и говорит:
— Красота то какая! Василий Иванович, а ты хотел бы лебедем быть?
— Нет, Петька!
— Почему?
— Задницу не охота мочить!
— Красота то какая! Василий Иванович, а ты хотел бы лебедем быть?
— Нет, Петька!
— Почему?
— Задницу не охота мочить!
Приезжает Брежнев в Читу. А дворник немного не успел и плохо промел пассажирский перрон. Трудится, торопится, весь в поту. А тут подходит правительственный вагон. Брежнев вышел на перрон, решил с простым человеком поздороваться:
— Здравствуйте, товарищ дворник.
— Здравствуйте, Леонид Иванович.
Брежнев решил, что дворник его не узнал, и снова с ним здоровается. Дворник так же ему отвечает.
Тут Брежнев говорит дворнику:
— Я не Иванович, а Ильич!
— Тебе до Ильича, как моему хр*ну до плеча.
— Здравствуйте, товарищ дворник.
— Здравствуйте, Леонид Иванович.
Брежнев решил, что дворник его не узнал, и снова с ним здоровается. Дворник так же ему отвечает.
Тут Брежнев говорит дворнику:
— Я не Иванович, а Ильич!
— Тебе до Ильича, как моему хр*ну до плеча.
Василий Иванович возвращается из отпуска.
Петька:
— Ну как дома?
— Спасибо, хорошо. Все живы-здоровы.
— Теща как?
— С тещей вообще прекрасно. Вчера картошку чистила, палец порезала. Пришлось пристрелить, чтобы не мучилась.
Петька:
— Ну как дома?
— Спасибо, хорошо. Все живы-здоровы.
— Теща как?
— С тещей вообще прекрасно. Вчера картошку чистила, палец порезала. Пришлось пристрелить, чтобы не мучилась.
Землянка. За столом сидит Василий Иванович, раскладывает картошку. В углу, на куче соломы пытается уснуть Петька.
— Василий Иванович, скажи, правда есть такая страна — Ебипет?
— Правда, Петька, правда, только не Ебипет, а Египет. Ты спи.
Позже.
— Василий Иванович, скажи, а правда, что там протекает большая река и в ней живет зверь такой — крокоидол?
— Правда, Петька, живет. Только не крокоидол, а крокодил. Ты спи давай.
— Слушай, Василий Иванович, скажи, а правда там на берегу дерево огромное растет — Ебибаб называется?
— Правда, Петька, растет, только не Ебибаб, а Бабоеб… Тьфу, блин, Петька! Ты будешь спать или нет?!
— Василий Иванович, скажи, правда есть такая страна — Ебипет?
— Правда, Петька, правда, только не Ебипет, а Египет. Ты спи.
Позже.
— Василий Иванович, скажи, а правда, что там протекает большая река и в ней живет зверь такой — крокоидол?
— Правда, Петька, живет. Только не крокоидол, а крокодил. Ты спи давай.
— Слушай, Василий Иванович, скажи, а правда там на берегу дерево огромное растет — Ебибаб называется?
— Правда, Петька, растет, только не Ебибаб, а Бабоеб… Тьфу, блин, Петька! Ты будешь спать или нет?!
Сидят Петька и Василий Иванович на дереве. Вдруг к дереву подходит слон и начинает его трясти.
— Василий Иваныч, может здесь у него гнездо?
— Дурак ты, Петька, они в норах живут!
— Василий Иваныч, может здесь у него гнездо?
— Дурак ты, Петька, они в норах живут!
Приехал в часть к Чапаеву борец заморский на соревнования. Вызывает Василий Иванович Петьку и говорит:
— Некому, кроме тебя, с ним тягаться.
— Да ты что, он же меня заломает.
— Знаю Петька, но чтобы ни одного звука не было — умирай, но терпи.
Начался поединок. Негр Петьку и так крутит, и эдак ломает. Молчит Петька. Вдруг за 5 секунд до конца раздается дикий крик. Остался жив Петька. Лежит в госпитале. Приходит к нему Чапаев.
— Что ж ты столько терпел, а в самый последний момент закричал?!
— Да знаешь, он меня крутил-крутил, ломал-ломал, вдруг вижу я перед носом задницу. Ну, думаю, укушу гада напоследок!..
— Ну?
— Своя оказалась…
— Некому, кроме тебя, с ним тягаться.
— Да ты что, он же меня заломает.
— Знаю Петька, но чтобы ни одного звука не было — умирай, но терпи.
Начался поединок. Негр Петьку и так крутит, и эдак ломает. Молчит Петька. Вдруг за 5 секунд до конца раздается дикий крик. Остался жив Петька. Лежит в госпитале. Приходит к нему Чапаев.
— Что ж ты столько терпел, а в самый последний момент закричал?!
— Да знаешь, он меня крутил-крутил, ломал-ломал, вдруг вижу я перед носом задницу. Ну, думаю, укушу гада напоследок!..
— Ну?
— Своя оказалась…
Василий Васильевич слыл неисправимым оптимистом. Во всем, что только ни происходило, пусть даже самое плохое, он умудрялся найти что-то терпимое и сказать:
— Могло быть и хуже.
Один из его друзей поспорил, что обязательно поймает его на чем-нибудь, когда никак нельзя использовать это выражение. И вот однажды он говорит Василию Васильевичу:
— Ты знаешь, что произошло вчера? Пьяный Павлик, придя домой, застал свою жену с
Николаем. Так он убил их обоих, поджег квартиру и покончил с собой.
— Могло быть и хуже, — произнес Василий Васильевич. — Да, хуже. Если бы это произошло позавчера, Павлик застал бы меня с его женой.
— Могло быть и хуже.
Один из его друзей поспорил, что обязательно поймает его на чем-нибудь, когда никак нельзя использовать это выражение. И вот однажды он говорит Василию Васильевичу:
— Ты знаешь, что произошло вчера? Пьяный Павлик, придя домой, застал свою жену с
Николаем. Так он убил их обоих, поджег квартиру и покончил с собой.
— Могло быть и хуже, — произнес Василий Васильевич. — Да, хуже. Если бы это произошло позавчера, Павлик застал бы меня с его женой.
Попали как-то Петька, Василий Иванович и Фурманов на необитаемый остров. Жрать нечего — решили пойти поискать жратвы, а через час вернуться. Возвращаются через час:
Петька — ничего не нашел. Василий Иванович принес большую тушу. Зажарили они тушу и сидят жрут.
Петька:
— Вот уже 2 часа прошло, а Фурманова нет, что-то он мне не нравится.
— Не нравится — не ешь.
Петька — ничего не нашел. Василий Иванович принес большую тушу. Зажарили они тушу и сидят жрут.
Петька:
— Вот уже 2 часа прошло, а Фурманова нет, что-то он мне не нравится.
— Не нравится — не ешь.
Василий Иванович и Петька мечтают о будущем.
— Жизнь, Василий Иванович, будет прекрасна и удивительна. Консерватории построят…
— Правильно, Петька, консерватории, а сверху пулеметы поставят.
— Это зачем же пулеметы, Василий Иванович?
— Чтоб консервы не сперли.
— Жизнь, Василий Иванович, будет прекрасна и удивительна. Консерватории построят…
— Правильно, Петька, консерватории, а сверху пулеметы поставят.
— Это зачем же пулеметы, Василий Иванович?
— Чтоб консервы не сперли.
Гражданская война. Белые захватывают деревню. Чапаев не успевает смыться и прячется в глубокий колодец. Через какое-то время над колодцем склоняется белогвардеец.
— Есть кто-нибудь?
Эхо-Чапаев:
— Есть кто-нибудь… кто-нибудь… кто-нибудь…
Подходит другой б-гвардеец.
— Наверно нет никого.
Эхо-Чапаев:
— Нет никого… нет никого… нет никого.
1-й б-гвардеец:
— А может гранату бросить?
Эхо-Чапаев:
— Так ведь нет никого… нет никого… нет никого..
— Есть кто-нибудь?
Эхо-Чапаев:
— Есть кто-нибудь… кто-нибудь… кто-нибудь…
Подходит другой б-гвардеец.
— Наверно нет никого.
Эхо-Чапаев:
— Нет никого… нет никого… нет никого.
1-й б-гвардеец:
— А может гранату бросить?
Эхо-Чапаев:
— Так ведь нет никого… нет никого… нет никого..
Верный Петька увидел однажды, как Василий Иванович — весь в новеньком, с иголочки, весь расфранченный спешит, чему-то улыбаясь и никого вокруг не замечая.
— Ты куда, Василий Иванович? За каким счастьем?
— Спешу к Анке свататься.
— Да ты что, Василий Иванович, опомнись, она же, сказывают, едва не со всей Кубанью спала.
— Ежели так, поворачиваю назад.
На другой день Василий Иванович увидел, как Петька спешил куда-то,— весь в новое вырядившийся.
— Ты куда, Петька?
— К Анке спешу свататься.
— Ты же сам вчера говорил, что она со всей Кубанью переспала.
— Может, и так, Василий Иванович, да я не будь дурак, на карту сегодня поглядел: сколько ее, той Кубани?!
— Ты куда, Василий Иванович? За каким счастьем?
— Спешу к Анке свататься.
— Да ты что, Василий Иванович, опомнись, она же, сказывают, едва не со всей Кубанью спала.
— Ежели так, поворачиваю назад.
На другой день Василий Иванович увидел, как Петька спешил куда-то,— весь в новое вырядившийся.
— Ты куда, Петька?
— К Анке спешу свататься.
— Ты же сам вчера говорил, что она со всей Кубанью переспала.
— Может, и так, Василий Иванович, да я не будь дурак, на карту сегодня поглядел: сколько ее, той Кубани?!
Василий Иванович и Петька, спасаясь от белогвардейцев, решили отдохнуть у озера. Петька пошел на разведку, а Василий Иванович остался. Возвращается Петька и видит задумчивого Чапаева, сидящего в лодке посреди грязного озера.
— Что случилось?
— Да вот, думаю, стирать второй носок или не надо?
— Что случилось?
— Да вот, думаю, стирать второй носок или не надо?
Просыпается Василий Иванович после страшной пьянки. Спрашивает Петьку:
— Слушай, кто мне фингал поставил?
Петька говорит:
— Я!
— За что?
— Когда ты посуду перебил, я сдержался, но когда ты насрал в угол, повтыкал в говно спичек и сказал: "Этот ежик будет жить с нами", я не сдержался!
— Слушай, кто мне фингал поставил?
Петька говорит:
— Я!
— За что?
— Когда ты посуду перебил, я сдержался, но когда ты насрал в угол, повтыкал в говно спичек и сказал: "Этот ежик будет жить с нами", я не сдержался!
Подходит Петька к Чапаеву и спрашивает:
— Василий Иванович, а кто такие политические проститутки?
— Хм, ну как бы тебе сказать Петька, вот ты знаешь почему ворона какает каплями, а барашек кругляшками?
— Да нет, не знаю.
— Ну, вот, в говне не разбираешься, а в политику лезешь!
— Василий Иванович, а кто такие политические проститутки?
— Хм, ну как бы тебе сказать Петька, вот ты знаешь почему ворона какает каплями, а барашек кругляшками?
— Да нет, не знаю.
— Ну, вот, в говне не разбираешься, а в политику лезешь!
На уроке:
— Вовочка, кто такой Чапаев?
— Это предводитель негров!
— Каких еще негров?
— Ну вы же сами сказали, что он воевал против белых.
— Чапаев — предводитель красных!
— Что — там и индейцы были замешаны?
— Вовочка, кто такой Чапаев?
— Это предводитель негров!
— Каких еще негров?
— Ну вы же сами сказали, что он воевал против белых.
— Чапаев — предводитель красных!
— Что — там и индейцы были замешаны?
Приходит Василий Иванович домой пьяный в дым, а Петька сидит дома злой и трезвый. Думает:
— Ну ладно, попомню я тебе это.
Взял пластилин и Чапаю второй член из него вылепил, прилепил и спать лег. Среди ночи Петька просыпается от истошного крика и понять ничего не может, забыл-то уже, ночью вытворил.
А Чапай сидит посреди комнаты и орет:
— Петька, пить бросаю, не поверишь, просыпаюсь, а у меня два члена. Я один оторвал, а второй сам отпал.
— Ну ладно, попомню я тебе это.
Взял пластилин и Чапаю второй член из него вылепил, прилепил и спать лег. Среди ночи Петька просыпается от истошного крика и понять ничего не может, забыл-то уже, ночью вытворил.
А Чапай сидит посреди комнаты и орет:
— Петька, пить бросаю, не поверишь, просыпаюсь, а у меня два члена. Я один оторвал, а второй сам отпал.
Чапаевцы отбили у белых полустанок. При осмотре трофеев Василий Иванович и Петька обнаружили цистерну со спиртом. Чтобы бойцы не перепились, подписали "С2Н5(ОН)", надеясь, что бойцы химию знают слабо. Наутро все были вна*бец. Чапаев растормошил одного и спрашивает:
— Как нашли?
— Да просто. Искали мы, искали, вдруг смотрим — что-то на цистерне написано, а в скобочках — "(ОН)". Попробовали — точно он!
— Как нашли?
— Да просто. Искали мы, искали, вдруг смотрим — что-то на цистерне написано, а в скобочках — "(ОН)". Попробовали — точно он!
Устроились после войны Петька с Василием Ивановичем в больницу работать, подсылают к ним КГБшника.
— Доктор, у меня ощущение вкуса пропало
— Так, Петька неси препарат номер шесть!
Принесли ему, попробовал.
— Так это говно!
— Пиши, Петька, вкус восстановлен!
На следующий день, опять приходит.
— Доктор, память пропала, ничего не помню.
— Так, Петька, неси препарат номер шесть!
Попробовал
— Это же опять говно!
— Пиши, Петька, память восстановлена!
День прошел, опять приходит.
— Доктор, потенции нет, не стоит и всё!
— Петька, препарат номер шесть!
— Да *бал я ваше говно!
— Пиши, Петька, потенция восстановлена!
— Доктор, у меня ощущение вкуса пропало
— Так, Петька неси препарат номер шесть!
Принесли ему, попробовал.
— Так это говно!
— Пиши, Петька, вкус восстановлен!
На следующий день, опять приходит.
— Доктор, память пропала, ничего не помню.
— Так, Петька, неси препарат номер шесть!
Попробовал
— Это же опять говно!
— Пиши, Петька, память восстановлена!
День прошел, опять приходит.
— Доктор, потенции нет, не стоит и всё!
— Петька, препарат номер шесть!
— Да *бал я ваше говно!
— Пиши, Петька, потенция восстановлена!
— Василий Иванович, а что означает "Будьте здоровы"?
— Петька, Фурманов — образованный человек, он академии кончал. Не может же он сказать "Лечись, придурок".
— Петька, Фурманов — образованный человек, он академии кончал. Не может же он сказать "Лечись, придурок".
Василий Иванович достает пачку Беломора, открывая, вслух читает:
— Минздрав предупреждает: курение вредит вашему здоровью.
Зажег, затянулся:
— Вот ведь суки, а на лопатах такое не пишут!
— Минздрав предупреждает: курение вредит вашему здоровью.
Зажег, затянулся:
— Вот ведь суки, а на лопатах такое не пишут!
Чапаев приказал Петьке сварить зайца.
— Где я его возьму, Василий Иванович? Здесь зайцы не водятся.
— Это приказ, Петька! Я часок вздремну, а когда встану, чтоб была зайчина.
Просыпается Чапаев и чувствует мясной запах. Видит Петька у котла шурует.
— Петька, ты молодец! Расскажи, где ты его достал?
— Взял я винтовку, вышел на крыльцо, бежит заяц. Я в него бабах! Он и мяукнуть не успел.
— Где я его возьму, Василий Иванович? Здесь зайцы не водятся.
— Это приказ, Петька! Я часок вздремну, а когда встану, чтоб была зайчина.
Просыпается Чапаев и чувствует мясной запах. Видит Петька у котла шурует.
— Петька, ты молодец! Расскажи, где ты его достал?
— Взял я винтовку, вышел на крыльцо, бежит заяц. Я в него бабах! Он и мяукнуть не успел.
Сидят в штабной избе за бутылкой Фурманов, Чапаев и Петька. На дворе подогретый народ веселится. Вдруг Фурманов спрашивает:
— А вот, Василий Иваныч, сколько будет дважды два?
Петька срывается с места, выскакивает на крыльцо, палит в воздух и орет:
— Тихо! Чапай думать будет!
— А вот, Василий Иваныч, сколько будет дважды два?
Петька срывается с места, выскакивает на крыльцо, палит в воздух и орет:
— Тихо! Чапай думать будет!
— Василий, я тебе точно говорю, женщины нас со свету сживут!
— Откуда такие выводы?
— Вот ящеры вымерли, а ящерицы — нет!
— Откуда такие выводы?
— Вот ящеры вымерли, а ящерицы — нет!
Василий Иванович и Петька едут в машине. Видят девушку у дороги. Останавлиают, она садится. Василий Иванович спрашивает:
— Ну, чем платить будешь?
Девушка:
— Дам.
Чапаев:
— Что дашь?
— Натурой дам!
— Как это натурой?
— Ну трусы сниму и дам!!
— Петька нам трусы нужны?
Петька:
— Нет.
Чапаев:
— А ну пошла вон!!
— Ну, чем платить будешь?
Девушка:
— Дам.
Чапаев:
— Что дашь?
— Натурой дам!
— Как это натурой?
— Ну трусы сниму и дам!!
— Петька нам трусы нужны?
Петька:
— Нет.
Чапаев:
— А ну пошла вон!!